|
Как известно, сильное государство - это государство, которое создает условия для конкурентных отношений, ибо создать конкурентные отношения - значит заложить основы здоровой экономики. В этом смысле сильное государство должно: а) обеспечивать личную свободу граждан, б) способствовать экономической дееспособности населения, в) гарантировать социальную справедливость. Вот эти три функции, и должны быть задействованы при оценке качества образования от имени государства.
Если исходить из политики демократизации всех сторон жизни, стратегии построения гражданского общества, то следует дать на поставленный вопрос утвердительный ответ. В привлечении к процедурам оценки качества образования негосударственных организаций заинтересованы и государство, и общество, и образовательные учреждения (организации), и студенты, и родители, и бизнес - одним словом, все. Подтверждение этому мы находим и в заявлениях руководителей государства.
На этом фоне возникает другой вопрос: а заинтересованы ли в этом государственные органы, осуществляющие политику в области образования? Ответ здесь не столь однозначен. По выступлениям руководителей — да, по реально проводимой практике — нет! В связи с этим можно поставить третий вопрос: а почему к оценке качества образования и аккредитации вузов слабо привлекаются негосударственные структуры?
Мы подписали Болонскую декларацию. В соответствии с нормативными документами Болонского процесса оценку качества образования и аккредитацию вузов должны проводить негосударственные аккредитационные агентства, признаваемые государственными органами, осуществляющими политику в области образования. Автор этих строк имел возможность в сентябре 2008 г. познакомиться с практикой аккредитации вузов в Германии, Франции и Голландии. Везде проведена значительная работа по изменению процедуры аккредитации, и осуществляют ее негосударственные агентства. Почему же мы не провели этой работы, топчемся на месте и даже не организовали широкой дискуссии по теме «Какой быть системе аккредитации высших учебных заведений?» Можно предположить, что нежелание передать часть функций от государственных структур негосударственным продиктовано заботой о качестве образования. Сторонники такой позиции говорят: а где те структуры, которым можно это доверить? На это можно ответить следующее: если есть заинтересованность в появлении таких негосударственных структур, то надо создавать условия для их появления, необходимо проявлять инициативу. Наблюдаем ли мы такую инициативу? Нет! Такая инициатива не только не проявляется, но, напротив, тормозится все то, что произрастает, создается самими негосударственными структурами. Пресс же со стороны государства продолжает усиливаться, отнюдь не способствуя совершенствованию процедур оценки качества высшего образования и зачастую мешая осознать проблему в полном объеме. Приведу один пример. Желая стимулировать качество образования, федеральная служба ввела тестирование остаточных знаний. Но ведь это достаточно спорная процедура! Еще в XIX в. известный психолог Эббингауз показал, что через 48 часов в памяти сохраняется около 28% от объема первоначально усвоенных знаний.
Путем регулярных повторений эту кривую можно приподнимать, но принципиально ее характер не изменится. Тогда позволительно спросить, что стоит за тестированием остаточных знаний. Недаром в народе площадь над «кривой забывания» называют зоной коррупции. Второй вопрос: какова юридическая основа этого тестирования? Ведь студент уже сдал проверяемый материал в сроки, предусмотренные учебным планом. Что стоит за этой процедурой? Недоверие к преподавателю, который вел предмет?! В зарубежной высшей школе все обозначенные вопросы решаются очень просто: текущие зачетные мероприятия и экзамены проводятся в письменной форме, и ответы студентов сохраняются до окончания вуза.
В этих условиях появляется основа для контроля качества образовательного процесса без дополнительного тестирования. Такой метод контроля повышает ответственность преподавателей, администрации вуза.
Заметим также, что введение процедуры тестирования остаточных знаний резко тормозит переход на «компетентностную парадигму» оценки качества образования.
Закон предполагает, что целью и содержанием аккредитации является установление соответствия содержания и качества подготовки выпускников вузов требованиям ГОС ВПО по направлениям подготовки (специальностям). Стандарты высшего профессионального образования включают в себя требования к основным образовательным программам ВПО. Именно они лежат в основе системы высшего профессионального образования. Из сказанного следует, что основой аккредитации должна быть оценка качества основных образовательных программ и результатов их реализации, отраженных в компетенциях выпускников. К сожалению, приходится констатировать, что аккредитация проводится в основном на основании институциональных показателей. Почему? Наверное, так удобно проверяющему органу. Ситуация изменится, если к аккредитации привлечь негосударственные структуры, которым можно поручить оценку основных образовательных программ. Опыт аккредитации Белгородского государственного технологического университета и Государственного университета управления с опорой на оценку основных образовательных программ показал высокую информативность таких процедур.
Остановлюсь еще на двух вопросах: самообследование и участие работодателей в аккредитационных процедурах.
Самооценка (самообследование) является базовой процедурой аккредитации. Если в вузе действует внутривузовская система качества, базирующая свою работу на современной образовательной программе и использующая адекватные задачам оценочные процедуры, то при внешней оценке достаточно рассмотреть только результаты самооценки. Таким образом, центр тяжести переносится на оценку внутривузовских процедур гарантии качества. Грамотно сделать это могут только специалисты - эксперты. Эту работу вполне можно доверить негосударственным структурам.
В заключение остановлюсь на проблеме качества образования. В основе качества лежат научные исследования и совместная работа с потребителями кадров (работодателями). По данным статистики, количество выполнявших исследования и разработки организаций с 1992 г. сократилось на 20,3%, а проектных и проектно-изыскательских организаций - в 8,5 раз. Численность исследователей упала более чем вдвое. В тяжелом 1992 г. ассигнования на науку составляли 2,43% от всех федеральных расходов, в благополучном 2006 г. - 2,27%. Мы видим, что база формирования актуального содержания образования резко сокращается.
Сегодня многие бизнесмены говорят, что их не устраивает качество подготовки выпускников. Но надо четко представлять, что это качество определяется не только четко сформулированным заказом от потребителя, но и совместной работой вуза и потребителя кадров. В этом плане нам не надо учиться у Запада. В СССР существовала отлаженная система взаимодействия высшей школы и производства. Важнейшей составляющей подготовки специалистов являлась производственная практика студентов в НИИ, КБ, на предприятиях. Именно в процессе этой практики и формировалась необходимая потребителю компетентность. (При этом после поступления на работу они еще три года считались молодыми специалистами и «доводились» до требований, предъявляемых к ним на рабочем месте).
Во время визита в Организацию экономического сотрудничества и развития, точнее, в ее подразделение, курирующее Программу по высшему образованию, мы с удивлением слушали признания наших коллег в том, что они не знают, каково качество высшего образования в отдельных странах Европейского союза. Поэтому-то они и разработали проект по сравнительной оценке качества высшего образования (взяв за образец проект PISA). Россия пока в этот проект не включена. Может быть, проявить инициативу и попробовать в него войти? Тогда мы увидим себя в зеркале европейской высшей школы. Или не надо?
Высшее образование не только берет на себя подготовку кадров, но и выполняет серьезнейшую социальную задачу. Мы находимся сейчас в зоне кризиса. Грядет безработица. Возникает проблема занятости населения. В советский период было 2 млн. студентов, сейчас - 7,6 млн. В настоящее время надо снять все разговоры о сокращении образования. Много образования не бывает.
По материалам журнала "Высшее образование в России"
|
